О. Старовойтова

 

ОНА СТОИТ ПОДОБНО СУДЬБЕ

 

Воистину неисповедимы Пути Господни! В октябре 1995 года в приложении к журналу «Мир Огненный» была опубликована моя статья «Гласит преданье: союз души с душой родной…». В ней шла речь о легендарной Уте из Наумбурга, женщине, которую Николай Константинович Рерих изобразил на картине «Держательница Мира». В средневековой короне, в широких, мягко ниспадающих одеждах, она застыла будто статуя, прижав к груди небольшой ларец. У этой статьи оказалась счастливая судьба. Каким-то образом она пропутешествовала по Австрии, Германии и Израилю, где нашлись люди, которые с радостью откликнулись на призыв помочь прояснить некоторые неясные моменты, нестыковки в хронологии. Благодаря бесценной помощи друзей  история о легендарной Уте дополнена новыми фактами.

 

Век XI. Германия.

 

В XI веке Германия состояла из множества ленных владений короля, вассалы которого нередко обнажали меч против своего повелителя. Одно из таких владений, расположенное на очень важном перекрестке дорог, принадлежало маркграфу Эккехарду I, маркграфу Мейсенскому, и его семье. Это был удивительно храбрый воин, обладавший весьма необузданным нравом. После смерти короля Отто III (1002г.) он, хотя и не единогласно, был избран королем Германии. Сразу после этого в Польде, в горах Гарца, Эккехарда I убили. Об этом событии захватывающе повествует летописец Титмар.

«В Польде граф (маркграф Эккехард IО.С.) достиг цели своего пути. Он поужинал и вместе с немногочисленной свитой устроился на ночлег в каменном зале. Большая часть остальных его людей улеглась спать  рядом на балконе. Пока они, усталые, крепко спали, ворвались враги и напали на беззаботно спавших. Громкий шум разбудил графа, вынудив его быстро вскочить со своего ложа. Он схватил свои одежды и все, что попало под руку, и бросил в камин в надежде, что будет светлее, потом выбил окно. Но кто мог предвидеть, что именно так он откроет путь врагам, которые хотели причинить ему зло. Первым возле дверей убили рыцаря Германа, и во дворце замка – Адольфа, который хотел поспешить на помощь своему господину – двух смелых, беззаветно преданных людей. Затем ранили королевского камердинера Эрминольда; и теперь Эккехарду, снискавшему славу, как во время мира, так и на войне, пришлось бороться в одиночку. Сильный удар Зигфрида пришелся на колено графу, и он упал. Все, кто наблюдал происходящее издали, быстро подбежали. Эккехарду отрубили голову и жестоко глумились над трупом. А когда подлое дело свершилось, убийцы радостно и беспрепятственно вернулись домой. Оставшиеся на балконе трусы не пришли на помощь своему господину, а также не попытались отомстить за его смерть.

Ужасное событие произошло 30 апреля. Местный аббат произвел осмотр трупа и затем в великом смирении сослужил заупокойную службу».

У погибшего вельможи осталось двое сыновей, видимо, юного возраста, потому что старший, Херман, встал во главе маркграфства спустя семь лет, в 1009 году, и управлял им 22 года. После его смерти власть перешла к младшему брату, Эккехарду II, который правил пятнадцать лет (1031 — 1046) вплоть до своей внезапной кончины.

К сожалению, сведения о братьях в хронике весьма скудны. Однако и то немногое, что донес до нас шелест веков, характеризует их как отважных воинов, всецело преданных своему сеньору, и передовых людей того времени. Так, сохранился отзыв короля Генриха III о своем вассале Эккехарде II: «вернейший из верных». Оба брата совершили деяние, которое благотворно повлияло на судьбу Германии. Близ их владений, в старом королевском замке в Цейтце, находилась резиденция епископа. Она постоянно подвергалась вражеским нападениям, что вызывало в стране естественную тревогу. В то же время братья достраивали хорошо укрепленную крепость, начатую еще их отцом. Эккехард I имел родовое гнездо в Гене, но оно не отвечало требованиям безопасности: набеги врагов не прекращались ни днем, ни ночью. Поэтому старый маркграф перенес укрепленное место (Burg) подальше, в более удобный стратегический пункт, где и началось масштабное по тем временам строительство. Так возникло название Наумбург (слово neue для простоты произношения трансформировалось в naum — О.С.). Крепость тут же обросла крестьянскими домиками, – бедный люд со всех сторон потянулся под защиту сильных и справедливых господ. А там, где замок, там церковь и рынок, —  и благодаря удобным торговым путям сюда стали съезжаться заморские купцы. Так возник Наумбург — один из первых средневековых городов Германии, который братья отстраивали с большой любовью. Они и предложили перенести сюда резиденцию епископа, что и было сделано во времена правления Конрада II. Шаг для того времени весьма необычный, поскольку иной вероломный вассал мог бы захватить епископа в качестве заложника и выступить против законного короля. Но Конрад II полностью доверял «достойной династии Эккехардов».

Убийство отца легло на семью тяжелым позором. К тому же братья были бездетны. Отсутствие потомства воспринималось ими как божья кара, и потому оба сделали все ради спасения души ушедшего в мир иной старого маркграфа. Они отдали свое состояние для основания аббатства в старой Йене  и вскоре за ним — монастыря в Наумбурге. Спустя два столетия благодарные жители Наумбурга  увековечат память 12 основателей города, установив в соборе Петра и Павла, построенном на месте старой церкви, удивительные по своей выразительности статуи из раскрашенного песчаника. В западной части собора на высоте примерно три метра высятся маркграф Херман с супругой Реглиндис и маркграф Эккехард II с супругой Утой, которая вошла в мировую историю как Ута из Наумбурга. Тот же полный внутреннего достоинства и величия образ, что и на картине «Держательница Мира». Как пишет Клаус Вагенбах в Die Zeit, «она излучала чистоту, холодность и силу, и это вызывало чувство ее сверхчеловеческой неприступности». На груди у маркграфини Уты — шестиконечная звезда Давида с тремя окружностями на каждом луче. Сочетание древнейших символов о многом расскажет непредвзятому уму.

К сожалению, летописцы того времени не слишком жаловали вниманием знатных дам, предпочитая живописать подвиги их мужей. И об этой женщине мы знаем удручающе мало. Известно лишь, что происходила она, —  это новая деталь, - из рода Асканьер из Баленстеда (Askanier in Bal­lenstedt). И воспитывалась в одном из немецких монастырей, получив превосходное по тем временам образование. Хорошо ориентировалась в исторических коллизиях, много читала, любила музыку. Однако главное качество, которое прививали в ней сызмальства — это домовитость и почитание будущего супруга. Хотя, судя по ее прекрасному и волевому лицу, маркграфиня вряд ли ограничивалась только этим. Скорее всего, она активно участвовала в делах мужа, разделяя с ним тяготы многотрудного правления. Поскольку статуя создавалась через два столетия после смерти Уты, мастер вряд ли мог воспроизвести ее настоящий облик. Николай Константинович Рерих запечатлел Уту и Эккехарда иначе – на картине «Да здравствует  Владыка!».

Вот и все автобиографические факты, известные исследователям на сегодняшний день. Дальше начинается легенда…

 

Век XIII. Испания, Германия.

 

В далекой Испании мракобесы беспощадно преследовали евреев, среди которых было множество прогрессивных умов. И знаменитый раввин Мозес Бен Шеб-Тоб де Леон (1250 — 1305) из Вальядолиды, известный своей ученостью и связями с тайными науками, пребывал в тяжких раздумьях. Зрелые годы своей жизни он положил на обработку текстов священной книги евреев «Зохар», а теперь обстановка в стране стала невыносимой для творческого труда. Как известно, Каббала состоит из двух книг: «Сейфер Иецира» — книга Творения и «Зохар». Первую традиция приписывает отцу Аврааму, вторую — Симеону Бен Иохаю из Цфата, жившему примерно две тысячи лет назад назад и убитому солдатами императора Андриана, пытавшегося уничтожить религию единобожия. Каббалисты вывезли  рукопись «Зохар» в Испанию и изучали ее в специальных школах Жероны. Об этом знали лишь посвященные, и Мозес де Леона был одним из них. Он объявил, что нашел рукопись Бен Йохая. Затем собрал воедино разрозненные древние тексты, сверив их по халдейским и сирийским писаниям, и написал к ним обширные комментарии, дошедшие до наших дней. Легенда гласит, что в 1290 году он имел откровение опубликовать результаты проделанной работы, что и сделал. Этот шаг не встретил понимания среди соратников-каббалистов. Владел раввин и знаменитым Камнем, Сокровищем Мира. Вот как повествует об этом известный философ XX века Елена Ивановна Рерих в своем письме от 18.11.35 г. « … Легенда, записанная в «Криптограммах Востока» —  истина. По преданию сокровище приносит с собою и особый Завет, который должен быть выполнен. Ларец, упомянутый в легенде, относится к XIII столетию и по преданию он сделан из кожи, принадлежавшей самому Соломону. На коже имеется много алхимических символов. Знаменитый раввин Моисей де Леона, составитель Зохара, преследуемый испанцами во время гонения на евреев, нашел защиту в лице германской феодалки, допустившей его и гонимых в свои владения. В благодарность он подарил ей талисман и этот драгоценный кусок кожи. Феодалка приказала сделать из этой кожи ларец и хранила в нем полученный талисман…». По счастью, история донесла до нас имя феодалки — графиня Ротенбургская.

 

Век XX. Германия.

 

Семь долгих веков Ута с супругом Экехардом украшали Наумбургский собор. За это время, похоже, никто не черпал вдохновения при взгляде на раскрашенные статуи из песчаника. По крайней мере в дневниковых записях выдающихся личностей о них не упоминается ни слова. Но капризная Фортуна непредсказуема —  однажды маркграфиня в одночасье стала знаменитой. И повинен в том безработный наумбургский фотограф Вальтер Хеге. В 1921 году, из-за недостатка заказов, он стал изучать старинный собор, выясняя, при каком освещении лучше снимать ту или иную статую. Художник охотно фотографировал фигуры в разных ракурсах и делал увеличенные фрагменты — до тех пор, пока поверхность камня не приобрела блеска кожи. Ему удалось «представить основателей Наумбурга живыми людьми и страдающими современниками». Особенно удался  портрет маркграфини Уты.

В 1936 году в Монхене была организована выставка «Выродившееся искусство». Среди 600 экспонатов, отражавших по мнению организаторов неприглядные тенденции в современном искусстве, находилась одна единственная фотография средневековой скульптуры. И контраст оказался столь разительным, что и специалисты, и зрители были очарованы. «Ограда, отделяющая от всего скверного и пошлого», «спокойный и величественный облик, полностью сосредоточенный в себе», «воплощение гордости и достоинства», «сверхчеловеческое излучение мощи и силы» —  это лишь часть эпитетов, которые в те дни адресовали маркграфине немецкие газеты. С того момента в Германии и начался культ Уты. Ее жизнь обрастала массой догадок и предположений, оказавшихся весьма живучими.

Так маркграфиня, жившая в XI веке, шагнула в легенду в веке XX. Отныне и по сей день в Наумбургский собор тянутся вереницей паломники, чтобы найти утешение в «истинно немецкой сущности», которая сама была «одинокой в мире, слишком резком для ее тонкой и нежной души».

 

 

© Журнал «Новая Эпоха. Проблемы. Поиски. Исследования», № 2(25) , 2000 год.

 


Яндекс.Реклама:
Hosted by uCoz